Новости
Хрестоматия
Лекции
Тренинги
Дневники
Материалы
Видео
Фотоальбомы
Вопросы и ответы




Новости:
Самообучение детей не возможно без самообучения взрослых
Образование, хотим мы того или нет, с течением времени меняется. Смешно говорить о возвращении к старой школе и к старым методам обучения – все равно, что отрицать прогресс человеческой цивилизации и культуры. Гораздо эффективнее глубоко наблюдать современную жизнь, ориентироваться на нее и разрабатывать всё новые инструменты образования человека и смело включать их в свою ежедневную работу. Все это относится и к преподаванию монтессори-педагогики взрослым, рожденному больше века назад, но не умирающему, именно благодаря своему прогрессивному движению вперед в современном мире.

"Монтессори-клуб" о результатах монтессори-образования
Вышел в свет и отправился к подписчикам весенний номер журнала "Монтессори-клуб", посвященный результатам монтессори-образования.

В свободную продажу поступил наш долгожданный Коврик времени «История России»!
Ура! Наконец-то-наконец-то! В свободную продажу поступил наш долгожданный Коврик времени «История России»! Мы вместе с Еленой Семериковой и боевой командой издательства «Национальное образование» трудились целый год, подбирая наиболее точный и понятный детям исторический материал, создавая тексты к многочисленным картинкам и продумывая методически интерактивную часть работы с нашим Ковриком времени.

     

Хотите помочь изданию новых книг и пособий
по Монтессори-педагогике в России?

Издательство "Народная книга" приглашает Вас стать издателем: зарегистрируйтесь и издавайте книги вместе с единомышленниками! Уже более 200 человек реально помогают издавать уникальные книги по Монтессори-педагогике. Присоединяйтесь!



Об этом сайте  |  Отзывы  |  Контакты  |  Есть вопрос?
     

     
Главная > Хрестоматия > Иоган Генрих Песталоцци  
О природосообразном развитии языка

И.Г. Песталоцци, цитаты по поводу развития языка у детей, взятые из сочинения «Лебединая песня», а так же из писем к друзьям  (1818 - 1826 годы)

 

 

 

 

 

 

1.
Искусство природосообразно расширять и оживлять впечатления от чувственного восприятия - единственно истинная основа всех средств, природосообразно содействующих изучению родного языка по мере продвижения в этом. Внешняя форма языка - звуки сами по себе, вне живой связи с впечатлениями, составляющими основу их значения,- пустые звуки, одни лишь звуки. Лишь через осознание их связи с впечатлениями от чувственного восприятия предметов они становятся настоящими, человеческими словами. Первоначальная подготовка к их восприятию в форме разговоров, которые ребёнок слышит в своём окружении, долгое время остаётся чисто механической. Но эта механическая подготовка ребёнка к тому, чтобы научиться говорить, требует величайшего внимания со стороны лиц, оказывающих влияние на его обучение языку. Слова, которые младенец слышит вокруг себя, лишь постепенно начинают служить его умственному образованию. Долгое время они оказывают на его слух только чувственное впечатление, как колокольный звон, удары молота, как звуки, издаваемые животными, и все прочие звуки, слышимые в природе. Но для обучения языку это впечатление очень важно. Впечатление как таковое постепенно совершенствуется в органах слуха ребёнка, а усовершенствовавшись там, оно постепенно переходит в способность говорить.

2.
Все три силы вместе - способность к наблюдению, способность к речи и способность к мышлению - следует считать совокупностью всех средств развития умственных сил. Со способности к наблюдению начинается природосообразное развитие умственных сил человека; в способности к речи оно обретает свой срединный пункт, а в способности к мышлению - конечный. В пользу такого взгляда говорит и согласованность средств развития способности к наблюдению и способности к речи. Первые, то есть средства, развивающие способность к наблюдению, исходят из объектов и становятся для этой способности образовательными через познание разнообразных свойств и действий этих объектов. Точно так же и механическая сущность элементарных средств упражнения способности к речи исходит из существительных, а с присовокуплением прилагательных и глаголов, в действительности связанных с ними, она становится переходным средством, механически или мнемонически содействующим способности к наблюдению в подведении основ под средства природосообразного развития мыслительных способностей.

3.
Как полные глубокого педагогического смысла слова «жизнь формирует» во всём объёме своих требований целиком справедливы в отношении природосообразного развития способности к наблюдению, так же они справедливы и так же значительны в отношении природообразного развития способности к речи. Они вдвойне справедливы в отношении тех последствий, которые способность к речи в равной мере влечёт за собой как промежуточная ступень между образовательными средствами развития способности к наблюдению и мыслительных способностей. Эти последствия, с одной стороны, определяются связью внутренней духовной сущности нашей природы с вечными законами, лежащими в основе способности к речи, и её требованиями, и постольку средства и результаты этой способности вовек неизменны и тождественны. С другой стороны, однако, эти последствия определяются взаимосвязью и требованиями бесчисленного множества разнообразнейших обстоятельств, положений, отношений, средств и способностей индивидуумов, образованию которых они должны содействовать. Под таким углом зрения они в той же степени нетождественны и различны.

Поэтому формирование речи, если оно следует элементарному - методу, в тот период, когда ребёнок должен учиться говорить, подчинено дважды: с одной стороны, вечно одинаковым законам способности к речи, с другой - бесконечно разным положениям и условиям жизни детей, которые должны научиться говорить. Зависит оно и от того, и от другого. Никакое в мире другое начало обучения ребёнка родной речи не природосообразно, да никак иначе и невозможно научить ребёнка говорить на родном языке.

Не с изучения языка начинается овладение человечеством речью, а само изучение языка начинается от умения людей говорить.

4.
При этом великое многообразие способов, которыми можно и должно природосообразно развивать у человека способность к речи, определяется у него вовсе не различием внешних форм языка и наречий, а подлинностью и реальностью положений, обстоятельств и условий, в которых живёт каждый отдельный человек, подлинностью и реальностью сил и средств, которыми в этом отношении он обладает. Именно эта подлинность и реальность жизни каждого человека - вот что у одних природосообразно расширяет круг, в пределах которого они учатся говорить, а у других природосообразно сужает его. И то, что в этом смысле верно в отношении отдельных людей, то верно и в отношении отдельных классов и сословий. Объекты наблюдения, как и средства их использования для умственного развития и формирования умений, у земледельца более ограниченны, чем у горожанина, занятого какой-либо профессией или ремеслом. В свою очередь, у горожанина, занятого какой-либо профессией или ремеслом, объекты наблюдения, как и средства их использования для умственного развития и формирования умений, более ограниченны, чем у сословий и лиц, которых надо готовить к научной деятельности, или вообще у индивидуумов, которых обстоятельства избавили от необходимости, ограничивая себя и жертвуя собой, заботиться об упрочении или даже о сохранении экономического благосостояния своей семьи, об упрочении своего положения.

Эта неоспоримая подлинность и реальность неравенства положений разных сословий и классов в отношении природосообразности развития их способности к речи с необходимостью указывает, как важно, чтобы средства искусства, применяемые для обучения языку как при домашнем, так и при общественном воспитании, были приведены в соответствие с реальными основами действительной жизни отдельных людей и целых классов. Каждому ясно, что лишь в таком случае эти средства можно будет считать и признавать природосообразными и ведущими к действительному благу человечества.

5.
В части обучения родному языку метод является по существу не чем иным, как последовательным рядом искусственных приемов, обеспечивающих повторение индивидом того же пути, по которому шло естественное развитие речи у всего человеческого рода. При обучении родному языку, точно так же как и при обучении числу и форме, метод по существу является во всех случаях не чем иным, как закреплением единства чувственного образа единичного предмета с его наименованием. Придерживаясь этого закрепления единичного в познании ребёнка как в чувственном восприятии, так и в наименовании его (опять-таки точно так же, как и при обучении понятиям о числе и форме), метод без всяких перерывов переходит от ближайшего к ребёнку предмета ко все более от него удаленным, каждый раз выискивая среди более удаленных предметов только тот, который больше всего схож и всего ближе по своим признакам к предыдущему.

6.
В этом отношении метод возвращает процесс обучения от применяемых нами по существу пагубных упражнений к тому положению вещей, которое предшествовало их применению. Метод создал последовательные ряды речевых упражнений, которые, исходя из наименования единичного предмета, подолгу задерживаются на определении отношений числа и формы означенных предметов. Затем, уже после того, как ребёнок научится легко и без задержки выявлять и называть все прочие признаки этих первых, предложенных его вниманию предметов, речевые упражнения распространяются, подобно радиусам окружности, во все стороны, выискивая другие предметы, которые своими бросающимися в глаза свойствами поясняют сущность целого ряда схожих между собой предметов. Это приводит к тому, что метод в результате внесения основы наглядности в учение о времени и пространстве получает возможность не только подвести ребёнка к границам знания, но и дать ему глубоко проникнуть в существо математических и других смежных наук. Точно так же и в области обучения родному языку. Как благодаря самому своему существу, так и вытекающим из этого существа средствам, метод не только ведёт ребенка к границам, но и далее – в самую сущность всех знаний, являющихся результатом тщательного ознакомления со всеми родами и видами предметов, которые становятся ясными и понятными для ребёнка путем наглядного восприятия и наименования их.
7.
Дело заключается в следующем. Если я, например, задержу внимание ребёнка на наблюдении и наименовании всех характерных признаках коровы, собаки, кошки, мыши на срок достаточно длительный, чтобы все эти признаки с неизгладимой силой запечатлелись в сознании ребёнка, то я незамедлительно могу присоединить к тому, что ребёнок уже знает по тому разделу обучения, к которому относится корова, собака и т. п., всех других животных, относящихся к этому же разделу.

Когда затем на первых уроках чтения я сделаю для ребёнка привычными (путем многократного чтения слов) названия целого ряда важнейших млекопитающих, тогда мне останется только перенумеровать (перечислить) животных под общей рубрикой млекопитающих, прежде всего включив туда под № I животных собачьей породы, под № 2 – кошачьей, № 5 –породы грызунов, под №7 – породы рогатого скота и т. д. Затем обозначить каждое животное (название которого уже сделалось для ребёнка привычным во время упражнений по чтению) цифрой, соответствующей его классу. Таким образом, ребёнок будет не только точно знать, бегло просматривая номенклатуру этого раздела естественной истории, к какому классу принадлежит любое незнакомое ему млекопитающее, название которого он прочитал, но будет иметь твердое отчетливое представление о всех тех характерных признаках, на основании которых животное зачисляется именно в этот класс.
8.
Таким образом, благодаря отказу от употребления книжного языка в обучении ребёнка и возврату на тот путь, по которому шло естественное формирование речи в природных условиях, благодаря прочному закреплению за каждым словом наглядного предметного содержания, которое и легло в своё время в основу этого слова, метод достигает того, что ребёнок уже с первых шагов обучения родному языку не только подходит к границам всех знаний, но углубляется в самое существо их.

Метод добивается того, что ребёнок, находясь ещё в том возрасте, когда о собственно научном руководстве не может быть и речи, когда он пользуется своим родным языком не как сформировавшимся, а весь ещё живёт в предметных зрительных восприятиях, – только постепенно сам по себе подымается к познанию этого языка именно в тех рамках, в которых сама природа вела человеческий род к окончательному сформированию человеческой речи.

9.
Я именно с самого начала не очень стремился к тому, чтобы мои дети преуспевали в складывании слогов, чтении и письме, а скорее стремился к тому, чтобы они, упражняясь во всем этом, вообще развивали свои душевные силы по возможности разносторонне и деятельно. Я заставлял их наизусть заучивать склады, раньше чем они знали азбуку, и весь класс умел наизусть складывать из них самые трудные слова, не зная еще ни одной буквы. Представь себе, в какой степени это предполагает понятливость у таких детей. Вначале я придерживался книги для чтения Гедике в отношении слов, которые учил их складывать таким образом. Но позднее я нашел, что для общего и первоначального упражнения сил значительно более полезно дать пять сочетаний всех согласных алфавита с гласными и таким образом заставить детей твердо заучить наизусть простые упражнения во всех слогах. Я отдам печатать эти ряды слогов и основы обучения чтению и письму.

Все согласные идут то позади, то впереди гласных: ab, ba; ec, ce; di, id; fo, of; gu, ug и т. д. Затем я этот метод применял к трем буквам: bud, dub; bic, cib; fag, gaf; goh, hog. Уже при этом соединении встречаются крайне трудные для произношения и запоминания сочетания звуков, как-то: ig, igm; ek, ekp; lug, ulg; quast, staqu; ev, evk. Каждые два ряда слогов должны быть вполне усвоены детьми, прежде чем они перейдут к новому ряду. В третьем ряду следуют сочетания из четырех-пяти букв, например: dud, dude; rek, reken; erk, erken. После этого я присоединяю слова, исходящие из этой простой первоосновы, к их корням, например: eph, ephra, ephraim; buc, buce, bucephal; … ; ut, ult, ultra, ultram, ultramon, ultramontanisch.

Едва можно поверить, как легко и правильно дети научатся читать, если в их памяти твердо запечатлелись первичные сочетания, необходимые для чтения, а их органы привыкли к легкому выговариванию этих сочетаний. Им в этом случае приходится не складывать написанные на бумаге двойные, тройные и четверные буквенные ряды, а сразу окинуть их взглядом и произнести. Но каждый ряд я показывал им на бумаге только тогда, когда они умели уже вполне хорошо произнести его по буквам; сначала я показывал им написанные ряды, а потом уже напечатанные, потому что с упражнениями в обучении письму можно связать своего рода повторение в произнесении слогов, что приносит двойную пользу. Если дети научились читать написанные ряды первичных сочетаний, то через несколько дней они начинают читать печатные, а еще через несколько дней и напечатанные латинским шрифтом.

10.
При обучении письму мой метод состоял в том, чтобы подолгу задерживаться на трех-четырех буквах, содержащих основы многих других, образовывать и складывать из них слова, прежде чем браться за новую букву. Как только дети научились писать буквы т и ах они должны были писать тап, и так долго, пока не научатся писать это слово совершенно прямо, а буквы – правильно. Таким образом, как только они знакомились с новой буквой, я всегда переходил к слову, содержавшему ее в сочетании с другими, уже им знакомыми. Таким образом, они до известной степени хорошо писали слова, еще не умея писать треть азбуки. Если дети таким способом заметно правильно и умело пишут хотя бы три буквы, они очень легко научатся писать остальные.

Я бегло прошел с ними отрывки из географии и естественной истории, содержащиеся в книге для чтения Гедике. Еще не зная ни одной буквы, они правильно произносили наизусть целые ряды географических названий, а в начальных понятиях естественной истории проявляли много здравого смысла и все, что они по опыту знали о животном и растительном мире, связывали с терминами, содержавшими в себе обобщение их опыта. Я был вполне убежден, что при своей простой манере и способности быстро добиваться от них в каждой отрасли знаний всего того, что они сами по себе могли знать из своего опыта, я мог бы завершить с ними определенный курс, который, с одной стороны, охватывал всю сумму знаний, существенно полезных для массы людей, а с другой стороны, каждому ребенку, обладающему превосходным талантом в какой-либо области, дал бы достаточно предварительных познаний, чтобы облегчить дальнейший ход его индивидуального развития. Вместе с тем я поддерживал бы в детях простой дух скромной жизни, необходимой в их положении; ее сохранение у человека я сам считаю отличнейшим средством для того, чтобы правильно различать человеческие таланты и иметь возможность реально и энергично оказывать помощь истинно выдающемуся.

11.
Обучение языку, если говорить о нём в связи с принципом «жизнь формирует», представляется, собственно говоря, в виде средства практического применения познаний, полученных через наблюдение, и назначение его состоит в том, чтобы обеспечить этим познаниям более высокую степень практической применимости. Искусство обучения языку в основном и в силу необходимости исходит из наименования предметов, из объектов наблюдения и увязывается с их качественными изменениями, с пассивностью и активностью их характера, то есть с прилагательными и глаголами, выражающими эти качества и изменения, эту пассивность и активность объектов. Чем распространённей и определённей у ребёнка полученные через наблюдение познания об объектах, их характере, их активности и пассивности, тем шире и определённей заложены в нём самом природосообразные основы учения о языке, или, правильнее говоря, основы, опираясь на которые он природосообразно учится говорить. А чем ограниченней и неопределённей у ребёнка полученные через наблюдение познания об этих объектах и их свойствах, тем ограниченней и хаотичней лежащие в нём истинные и прочные основы для того, чтобы природосообразно научиться говорить.

12.
Следовательно, обучение ребёнка языку зависит от того, насколько обширны и определённы полученные им путём наблюдения познания. Если у воспитанника недостаточно полученных через наблюдение познаний, существенно важных для его положения и будущего предназначения, то учитель, прежде чем ему можно будет природосообразно продвинуться вперёд в обучении языку, должен постараться в первую очередь заполнить пробелы в полученных через наблюдение познаниях, необходимых ребёнку из каждого сословия и недостаточных у данного ребёнка. Поэтому когда ребёнок учится говорить, то природосообразное продвижение его в изучении родного языка ни в коем случае не может идти быстрее и ни в коем случае не может способствовать образованию лучше, чем это делают успехи ребёнка в познаниях, приобретаемых через наблюдение.

Подобно тому как ребёнку требуется много лет, чтобы ясно и всесторонне осознать окружающие предметы через чувственное их восприятие, ему требуется так же много лет, чтобы научиться точно выражаться о том, что входит в круг его наблюдений. Учась этому, ребёнок может природосообразно продвигаться вперёд лишь в той степени, в какой впечатления от предметов в самом процессе наблюдения благодаря разностороннему оживлению их созрели в нём до очень большой определённости. Лишь в той мере, в какой природа оживляет многосторонность и определённость впечатлений от чувственного восприятия, искусство природосообразно развивать в ребёнке умение выразить эти впечатления будет истинно и существенно обоснованным и действенным.


...Элементарное образование и все природосообразные средства его искусства в отношении обучения языку ведут ребёнка всецело по тому же пути, которым идёт сама природа, развивая наши силы.
Оно сейчас же перестанет быть элементарным, как только поколеблется в своих принципах в данном вопросе, как только перестанет придерживаться их в улучшении своих образовательных средств и в полном их объёме.
...Известна поговорка: «Нужда - лучший учитель». Но распространена и другая: «Нужда — плохой советчик». Обе совершенно справедливы.
Нужда всегда приводит либо к природосообраз-ным средствам самопомощи, либо к насильственным средствам злого эгоизма, из-за которых человек, пытающийся помочь себе, почти во всех случаях сам себя лишает помощи и впадает в состояние одичания.



Список материалов:

  • Памятная записка парижским друзьям о сущности и цели метода

  • О природосообразном развитии языка



  • Форма обратной связи:
    Ваше имя:*

    Ваш телефон:

    Ваш e-mail:*
    Ваш вопрос или комментарий:*
         
    Создание и поддержка сайта:
    Sitescript
    Яндекс.Метрика
      

    © Elena Hiltunen, Mariamontessori.ru