Новости
Хрестоматия
Лекции
Тренинги
Дневники
Материалы
Видео
Фотоальбомы
Вопросы и ответы




Новости:
Самообучение детей не возможно без самообучения взрослых
Образование, хотим мы того или нет, с течением времени меняется. Смешно говорить о возвращении к старой школе и к старым методам обучения – все равно, что отрицать прогресс человеческой цивилизации и культуры. Гораздо эффективнее глубоко наблюдать современную жизнь, ориентироваться на нее и разрабатывать всё новые инструменты образования человека и смело включать их в свою ежедневную работу. Все это относится и к преподаванию монтессори-педагогики взрослым, рожденному больше века назад, но не умирающему, именно благодаря своему прогрессивному движению вперед в современном мире.

"Монтессори-клуб" о результатах монтессори-образования
Вышел в свет и отправился к подписчикам весенний номер журнала "Монтессори-клуб", посвященный результатам монтессори-образования.

В свободную продажу поступил наш долгожданный Коврик времени «История России»!
Ура! Наконец-то-наконец-то! В свободную продажу поступил наш долгожданный Коврик времени «История России»! Мы вместе с Еленой Семериковой и боевой командой издательства «Национальное образование» трудились целый год, подбирая наиболее точный и понятный детям исторический материал, создавая тексты к многочисленным картинкам и продумывая методически интерактивную часть работы с нашим Ковриком времени.

     

Хотите помочь изданию новых книг и пособий
по Монтессори-педагогике в России?

Издательство "Народная книга" приглашает Вас стать издателем: зарегистрируйтесь и издавайте книги вместе с единомышленниками! Уже более 200 человек реально помогают издавать уникальные книги по Монтессори-педагогике. Присоединяйтесь!



Об этом сайте  |  Отзывы  |  Контакты  |  Есть вопрос?
     

     
Главная > Хрестоматия > Мария Монтессори  
Дисциплина и учитель

Мария Монтессори
«Впитывающий разум ребенка»

 Нет. Дело в том, что существуют теории и имеются результаты, к которым приводят эти теории, а промежуточное звено между ними отсутствует. Это звено — практический опыт преподавателя. На этом этапе новичку, не имеющему опыта, нужны помощь и совет. Примерно то же самое происходит с молодым врачом или с любым, кто овладел определенными идеями и принципами, а потом обнаруживает себя наедине с живыми фактами, которые кажутся ему куда более таинственными, чем неизвестные величины в математическом уравнении!
Давайте не будем забывать, что внутренняя дисциплина — это нечто обретаемое, а не уже присутствующее. Наша задача — показать путь к дисциплине. Дисциплина рождается тогда, когда ребенок сосредоточивает свое внимание на каком-то объекте, который привлекает его внимание и дает ему не только полезное упражнение, но и контроль над ошибками. Благодаря этим упражнениям в душе ребенка происходит чудесная интеграция,  в результате которой ребенок становится спокойным, излучающим счастье, занятым делом, забывающим о себе и, как следствие, безразличным к призам или материальным наградам. Эти маленькие покорители себя и окружающего мира — настоящие супермены, показывающие нам божественную сущность человеческой души. Счастливая задача учительницы — показать им путь к совершенству, обеспечивая их средствами и убирая препятствия, начиная с тех, которые она, вполне возможно, представляет сама (потому что учитель может быть самым большим препятствием из всех). Если дисциплина уже появилась, то наша работа едва ли будет нужна; инстинкт ребенка будет достаточно надежным проводником, позволяющим ему справляться с каждой трудностью.

Но трехлетний ребенок, когда он впервые приходит в школу, — это боец на грани поражения; он уже принял защитное отношение, которое маскирует его более глубокую природу. Высшие энергии, которые могли бы привести его к дисциплинированному спокойствию и божественной мудрости, дремлют. Активна только внешняя сторона его личности, которая изнуряет себя неуклюжими движениями, туманными идеями, и попыткой сопротивляться или избегать ограничения со стороны взрослых.

Между тем мудрость и дисциплина ждут своего часа для пробуждения в ребенке. Притеснение работало против него, но он еще не потерпел полного поражения, и его отклонения не так закрепились, чтобы наши усилия оказались тщетными. Школа должна предоставить духовному началу ребенка простор и возможности роста. В то же время учитель должен помнить, что его привьиные реакции защиты и невысокий уровень личных качеств, которых он достиг, мешают развитию его духовной жизни, и ребенку будет необходимо от них освободиться.

Это начальная точка обучения. Если учительница не может видеть разницы между просто импульсом и спонтанными энергиями, которые начинают жить в успокоенном духе, тогда ее работа не принесет плодов. Истинная основа эффективности учителя состоит в способности различать два вида деятельности, каждый из которых проявляется спонтанно (поскольку ребенок в обоих случаях действует по своей собственной воле), но по сути прямо противоположных друг другу. Только когда учитель научится их различать, он сможет стать наблюдателем и руководителем. Это похоже на подготовку врача, который должен прежде всего научиться отличать физиологически нормальное состояние от патологического, или болезни. Если он не может отделить здоровье от болезни, если может только видеть, кто живой, а кто мертвый, то он никогда не сможет прийти к пониманию еще более тонких различий между патологическими состояниями и не сможет правильно поставить диагноз. Эта способность отличать плохое от хорошего — свет, разгоняющий тьму, скрывающую тропу к внутренней дисциплине, которая ведет к совершенству. Можно ли определить симптомы или синдромы с такой ясностью и точностью, которая позволит сделать теоретическое описание этапов, через которые должна пройти душа младенца в своем восхождении к дисциплине? Да, такое возможно, и тут можно установить некоторые путеводные вехи для учителя.

Давайте рассмотрим ребенка трех—четырех лет, еще не затронутого действием ни одного из тех факторов, которые могут привести к формированию его внутренней дисциплины. Простое описание позволяет распознать три типа и их характеристики.

1. Беспорядочность произвольных движений. Это относится не к намерениям, стоящим за движениями, а к самим движениям, которые демонстрируют фундаментальную дисгармонию или недостаток координации. Это чрезвычайно важный симптом, который гораздо больше скажет специалисту по нервным расстройствам, чем философу. Когда пациент серьезно болен (например, на начальных стадиях подкрадывающегося паралича), врач заметит самые незначительные дефекты произвольных движений, зная, что это фундаментальные признаки расстройства. Они и будут служить главным основанием для его диагноза, а не умственное расстройство или беспорядочное поведение, которые тоже входят в число симптомов этого заболевания. Если же это просто неуклюжие движения ребенка, то тут будут другие характерные черты: плохие манеры, судорожные движения, издерганность и крикливость, но они уже представляют меньшую ценность для диагноза. Обучение, которое вызывает тонкую координацию самых ранних движений, само приведет к уменьшению неупорядоченности произвольных движений. Учителю, вместо того чтобы пытаться исправить тысячу и один видимый признак отклонения от нормального развития, достаточно только предложить детям в интересной форме средства для осмысленного развития более гармоничных движений.

2. Еще одна черта, всегда сопровождающая нарушение, о котором мы уже говорили,— это трудность или неспособность ребенка концентрировать свое внимание на реальных объектах. Его разум предпочитает блуждать в сфере фантазии. Так, играя с камушками или сухими листьями, он разговаривает так, как будто готовит изысканный банкет на огромных столах, и возможно, когда он вырастет, у него будет неумеренное воображение. Чем больше разум отходит от своего нормального функционирования, тем он становится более истощенным и бесполезным в целях служения духу, необходимому для развития внутренней жизни. К сожалению, многие думают, что эта причудливая деятельность, дезорганизующая личность, на самом деле развивает духовную жизнь. Они утверждают, что фантазия сама по себе креативна; она же, напротив, сама по себе ничто, лишь тени, камушки и сухие листья.

Духовная жизнь на самом деле строится на фундаментальной основе целостной личности, пребывающей в гармонии с внешним миром. Блуждающий разум, оторванный от реальности, также, надо сказать, отходит от здоровой нормы. В мире фантазии, где он бурно расцветает, не существует контроля ошибок, нет ничего, что координировало бы мысль. Концентрация внимания на реальных вещах, со всеми вытекающими отсюда последствиями для будущего, становится невозможной. Эта жизнь воображения, ошибочно так называемая, является атрофией органов, от функционирования которых зависит духовная жизнь. Учитель, который старается сфокусировать внимание ребенка на чем-то реальном, делая реальность доступной и привлекательной, которому удается заинтересовать его, скажем, тем, чтобы накрыть настоящий стол и подать настоящую еду, говорит трубным гласом с рассеянным разумом, блуждающим далеко от пути своего собственного блага. Координация совершенных движений и возвращение внимания, ускользнувшего от действительности, — вот все, что надо для излечения.

Мы не призваны к тому, чтобы один за другим исправлять все признаки основного отклонения; как только будет обретена способность фиксировать разум на реальных предметах, разум вернется к здоровому состоянию и снова начнет нормально функционировать.

3. Третье явление, тесно связанное с двумя остальными, — это тенденция подражать, которая проявляется все с большей готовностью и быстротой. Она является признаком глубоко скрытой слабости, усилением тех черт, которые нормальны для двухлетних детей. (Подражание у детей гораздо более младшего возраста имеет совсем другую природу и уже рассматривалось нами ранее1.) Эта тенденция — признак воли, которая еще не приготовила своих инструментов, не нашла нужного курса, а просто идет по следам других. Ребенок не продвигается по пути совершенства, а, как корабль без руля, находится на милости всех ветров. Всякий, кто смотрит на двухлетнего ребенка, все знания которого представлены ограниченным кругом идей, источником которых является имитация, узнает дегенеративную форму разума, о которой я говорю. Это форма, связанная с беспорядком, с психической нестабильностью, и она тянет ребенка вниз, — это как спуск по лестнице.

Ребенку надо сделать только что-то неправильное или шумное, например со смехом и криком броситься на пол, и многие, а то и все дети последуют его примеру или сделают еще что-нибудь похуже. Глупый поступок распространится по группе, а то и перекинется за пределы класса. Такой вид «стадного инстинкта» вызывает коллективный беспорядок, противоположный социальной жизни, ибо та основана на работе и упорядоченном поведении индивидуумов. В толпе дух подражания распространяется и усиливает индивидуальные дефекты — это точка наименьшего сопротивления, откуда берет начало дегенерация.

Чем дальше заходит этот вид дегенерации, тем труднее становится детям слушаться человека, который призывает их к лучшему. Но стоит их однажды поставить на правильный путь, как вскоре придет конец разнообразным последствиям единственного источника этого нарушения.

Когда учительницу ставят руководить классом таких детей, ее положение может оказаться ужасным, если у нее на вооружении есть только одна основная идея — предложить детям средства развития и позволить им свободно самовыражаться. Маленький ад, который начал вырываться на свободу в этих детях, скоро втянет в себя все, что находится в зоне его доступа, и учительница, оставаясь пассивной, будет поражена путаницей и почти невероятным шумом. Оказавшись в такой ситуации, будь то по причине своей неопытности или слишком жестких (или слишком простых) принципов и идей, учительница должна помнить о тех силах, которые дремлют в этих божественно чистых и щедрых маленьких душах. Она должна помочь этим маленьким существам, которые несутся с горы к обрыву, чтобы развернуться и опять карабкаться наверх. Она должна обратиться к ним, пробудить их своим голосом и мыслью. Энергичное и твердое обращение — единственный истинный акт доброты по отношению к этим маленьким умам. Не бойтесь разрушить зло, мы должны бояться разрушить только добро. Если мы хотим, чтобы ребенок ответил нам, мы обращаемся к нему по имени, так же и душу надо энергично позвать, если мы хотим ее разбудить. Учительница должна отказаться от тех материалов и принципов, по которым она училась; затем она должна на практике и самостоятельно осознать вопрос своего призвания. Только ее интеллект может решить эту проблему, каждый раз возникающую по-новому. Учительница знает основные симптомы и нужные лекарства, она знает теорию лечения. Все остальное зависит от нее. Хороший доктор, как и хороший учитель, — личность. Никто из них не является машиной, просто прописывающей лекарства или применяющей педагогические методы. Подробности должны быть оставлены на суд учительницы, которая тоже только начинает новый путь. Ей решать, лучше ли будет повысить голос среди всеобщего шума или что-то прошептать нескольким детям, чтобы остальным стало любопытно послушать, — и мир снова восстановился. Громкий аккорд, взятый на пианино, может покончить с шумом как по мановению волшебной палочки.

У опытной учительницы никогда не бывает в классе серьезного беспорядка, потому что, прежде чем отойти в сторону и предоставить детей самим себе, она наблюдает и направляет их какое-то время, предварительно нейтрализуя их отрицательные чувства, иными словами, прекращая их неорганизованные движения. Для этого существует серия подготовительных упражнений, о которых учительница не должна забывать, и дети, разум которых отошел от реальности, почувствуют, какую серьезную помощь может им оказать учительница. Спокойный, твердый и терпеливый, ее голос достигает их сердец похвалой или увещеванием. Некоторые упражнения особенно полезны, например без шума расставить все стулья и столы по своим местам; поставить стулья в ряд и сесть на них; пробежать из конца в конец комнаты на цыпочках. Если учительница по-настоящему уверена в себе, уже одного этого будет достаточно, еще до того как она скажет: «А теперь, дети, давайте соблюдать тишину», — и тишина наступит как по волшебству. Простейшие упражнения из практической жизни вернут маленькие блуждающие души на твердую почву настоящей работы, и это приведет их в чувство. Учительница постепенно будет вводить дидактические материалы, хотя никогда не будет оставлять их свободно в распоряжении детей до тех пор, пока дети не поймут, как ими пользоваться.

Теперь перед нами спокойный класс. Дети вступают в контакт с реальностью, и в их деятельности есть определенная цель, например вытереть пыль со стола, удалить пятно, подойти к шкафу, взять материал и правильно его использовать. Понятно, что способность свободного выбора укрепляется тренировкой. Обычно учительница удовлетворена, но ей кажется, что дидактического материала, предписанного методом Монтессори, недостаточно, и она чувствует необходимость добавить кое-что. Получается так, что через неделю ребенок уже многократно использовал весь материал. Однако многие школы дальше этого не идут.

Ненадежность этого видимого порядка выдает только один фактор, который и ставит все под угрозу: дети постоянно переходят от одной вещи к другой. Они материал используют по одному разу, потом оставляют и приносят что-нибудь другое. Бесконечный поток детей направляется к шкафу и от него. Ни один из этих детей в том мире, в который он пришел, не нашел еще интереса достаточно сильного, который бы пробудил в нем то божественное и могучее, чем он является. Его личность не упражняется, он не развивается, он не становится сильней. В мимолетных контактах внешний мир не может оказывать на него влияние, гармонизирующее дух. Ребенок,  подобен пчеле, которая перелетает с цветка на цветок и никак не может найти тот, на котором остановиться, с которого она может собрать нектар и удовлетвориться. Он не сможет работать, пока не почувствует пробуждения в себе той огромной инстинктивной деятельности, которой предназначено построить его характер и разум.

При наступлении такой нестабильной ситуации учительница чувствует, что работать ей стало трудно, более того, она начинает бегать от ребенка к ребенку, распространяя, таким образом, свою тревогу и беспокойство. Многие дети, которые устали и скучают, стоит ей лишь отвернуться, начинают играть с материалом и используют его самым тупым образом. Пока учительница занимается одним ребенком, остальные плохо себя ведут. Морального и интеллектуального прогресса, которого мы столь усердно ждали, не происходит.

Та дисциплина, которой можно добиться, в действительности очень хрупка, и учительница, ощущая «витающий в воздухе» дух беспорядка, постоянно отгоняет его и все время находится в напряжении. Большая часть учителей при отсутствии достаточной подготовки и опыта приходит к мысли, что идея о формировании «нового ребенка» (которого с таким нетерпением ждали и о котором так много было сказано) — не более чем миф или недостижимый идеал. Они также могут прийти к выводу, что работа с классом, требующим таких затрат нервной энергии, слишком утомительна для учителя и не приносит пользы детям.

Учитель должен уметь понять состояние детей. Эти маленькие души находятся в переходном периоде. Дверь к прогрессу еще не открылась для них по-настоящему. Они стучатся и ждут снаружи. Прогресс и в самом деле мало заметен. Ситуация ближе к хаосу, чем к дисциплине. Работа таких детей не может не быть несовершенной. Их элементарным координированным движениям не хватает силы и грации, а их действия капризны. По сравнению с первым этапом, когда у них не было контакта с реальностью, едва ли они сделали какой-то прогресс. Это похоже на стадию выздоравливания после болезни. Здесь мы имеем решающий момент в развитии, и учительница должна выполнять две разные функции: она должна присматривать за всеми детьми, а также давать им индивидуальные уроки. Это значит, что она должна представлять материал регулярно, показывая, как именно его надо использовать. Общее наблюдение и индивидуальное обучение с точным объяснением материала — вот два способа, как учительница может помочь развитию ребенка. В этот период она должна обращать особое внимание на то, чтобы не отключаться от всего класса, пока она занимается одним ребенком. Все эти души, блуждающие в поисках жизни, должны ощущать ее присутствие. Эти уроки, выверенные и увлекательные, проводимые индивидуально с каждым ребенком, являются даром учителя глубинам души ребенка. Потом когда-нибудь одна из этих душ проснется, внутреннее «эго» ребенка выйдет к объекту, которым он временно обладает, его внимание сфокусируется на повторении упражнения, выполнение которого улучшает его навык, и его счастливое и удовлетворенное состояние покажет, что его дух переродился. Свободный выбор — один из самых высоких из всех психических процессов.


Только о ребенке, глубоко осознающем свою потребность в практике и развитии духовной жизни, можно в самом деле сказать, что он выбирает свободно. Нельзя говорить о свободном выборе, когда ребенка одновременно привлекают всевозможные внешние стимулы, и, не имея силы воли, он реагирует на каждый, без устали переходя от одного к другому. Это одно из самых важных различий, которые должен уметь делать учитель. Ребенок, который не может еще повиноваться своему собственному внутреннему наставнику, еще не является свободным существом, вставшим на долгий и узкий путь совершенства. Он остается рабом поверхностных ощущений, которые оставляют его на милость окружающей среды. Его дух прыгает туда-сюда как мяч. В нем рождается зрелость, когда душа его начинает сознавать себя, когда он ставит перед собой задачу, находит свой путь и выбирает.

Это простое, но грандиозное явление надо видеть во всех живых существах. Каждое живое создание обладает способностью выбирать в сложной и многогранной окружающей среде ту вещь и только ту, которая содействует его жизни.

Корни любого растения из многих субстанций, содержащихся в почве, выбирают только те, которые им нужны. Выбор, совершаемый насекомым, тоже определен конкретным цветком, созданным специально для него. У человека явно присутствует такое же чудесное различение, но в его случае оно уже не инстинктивное, а приобретаемое. И все же дети, особенно в первые годы жизни, обладают внутренней чувствительностью как духовной необходимостью. Неправильно направляемое или подавляющее обучение может привести к ее исчезновению и замещению своего рода порабощением через внешние чувства всеми окружающими предметами. Мы сами утратили эту глубокую жизненную чувствительность, и в присутствии детей, в которых мы видим, как она оживает, нам кажется, что мы наблюдаем за раскрытием тайны. Она проявляется в тонком акте свободного выбора, который учительница, неподготовленная в наблюдении, может растоптать, прежде чем заметит, как слон топчет бутон цветка на своем пути. Ребенок, чье внимание уже удерживалось на избранном объекте, когда он полностью сосредоточивается на повторении упражнения, является, в смысле духовной безопасности, о которой мы говорим, освобожденной душой. С этого момента о нем можно не беспокоиться — разве только подготовить окружающую среду, удовлетворяющую его потребностям, и убрать препятствия, которые могут преграждать ему путь к совершенству.

Прежде чем удастся достичь такого внимания и концентрации, учительница должна научиться контролировать себя, чтобы дух ребенка был свободен для роста и мог показать свои силы; суть ее обязанностей — не прерывать усилия ребенка. Это тот момент, когда в игру вступает нравственная чуткость учительницы, обретенная ею во время подготовки. Она должна понять то, что помогать не так уж и просто, пожалуй, даже нелегко просто стоять и смотреть. Даже помогая и служа детям, она не должна прекращать наблюдать за ними, потому что рождение концентрации в ребенке — такое же тонкое явление, как раскрытие бутона. Но она будет наблюдать не для того, чтобы сделать свое присутствие ощутимым или помочь слабым своей собственной силой. Она наблюдает для того, чтобы распознать ребенка, который приобрел способность сосредоточиваться, и восхититься славным возрождением его духа.

Ребенок, который сосредоточивается, безмерно счастлив, он игнорирует своих соседей или посторонних, которые ходят вокруг. В данный момент его дух подобен духу отшельника в пустыне: в нем рождается новое сознание, сознание своей собственной индивидуальности. Когда он выходит из своей концентрации, он, кажется, воспринимает мир по-новому, как безграничное поле для новых открытий. Он так же начинает замечать своих одноклассников, которые вызывают у него интерес и привязанность. В нем пробуждается любовь к людям и к вещам. Он становится дружелюбным со всеми и готов восхищаться всем прекрасным. Духовный процесс очевиден: он отделяет себя от мира, чтобы набраться силы и объединиться с ним. Разве мы не уезжаем из города, чтобы охватить взглядом всю широту панорамы? С самолета землю видно лучше. То же самое и с человеческим духом. Чтобы существовать и общаться с людьми, нам иногда бывает необходимо уйти в уединенное место и набраться сил, и лишь тогда сможем мы посмотреть с любовью на своих соплеменников. Святой в одиночестве готовит себя к тому, чтобы с мудростью и по справедливости рассмотреть потребности общества, незнакомые широким массам людей. Именно пустыня готовит великую миссию любви и мира.
Ребенок просто воспринимает отношение глубокого уединения, и при этом у него образуется сильный и спокойный характер, он излучает любовь ко всем окружающим его людям. Из этого отношения рождается самопожертвование, регулярная работа, послушание, а вместе с этим и радость жизни, бьющая как ключ из скал, радость и готовность помочь всем обитающим поблизости.

Результат концентрации — пробуждение социального чувства, и учительница должна не отстать от этого. Она — тот человек, к которому обратятся сердца этих детей сразу после своего пробуждения. Они «откроют» ее, как сейчас замечают голубое небо и едва уловимый запах скрытых в траве цветов.

Требования этих детей, полных энтузиазма и взрывного движения вперед, могут ошеломить неопытную учительницу. Как и на первой стадии, когда она не должна тратить время на многочисленные сбивчивые действия детей, а должна полностью сосредоточиться на подаваемых ими признаках фундаментальных требований, так и сейчас ее не должны одолевать бесчисленные знаки демонстрируемого ими нравственного богатства и красоты. Она всегда должна быть нацелена на что-то простое и основное, то, что ведет себя подобно дверной петле. Естественно, что она скрыта от глаз, потому что действует независимо и не имеет отношения к украшениям той двери, которую контролирует.

Миссия учителя всегда имеет своей целью нечто неизменное и точное. Учительница начинает чувствовать, что без нее можно обойтись, потому что прогресс детей несоизмерим с ее ролью, с тем, что она сделала. Она видит, как дети становятся все более независимыми в выборе работы и богатыми способностями самовыражения. Иногда их прогресс кажется сверхъестественным. Она чувствует себя достойной только служить, причем ее скромная роль заключается в подготовке окружающей обстановки и в том, чтобы не попадаться на глаза. Она помнит слова Иоанна Крестителя после того, как ему был явлен Мессия: «Ему расти, а мне уменьшаться».

Это, однако, тот момент, когда ребенок очень нуждается в ее авторитете. Сделав что-то своими силами и умом, например нарисовав рисунок, написав слово или еще что-нибудь, он бежит к учительнице спросить, правильно ли он это сделал. Ребенок не хочет, чтобы ему говорили, что делать или как делать, он защищается от такой помощи. Выбор и исполнение — прерогатива и завоевание освобожденной души. Но после того как работа выполнена, он хочет получить одобрение учителя.                                                                             

Тот же самый инстинкт, который заставляет детей защищать свою духовную интимность, — повиновение таинственному внутреннему голосу, который каждый, кажется, слышит внутри, — тот же самый инстинкт ведет их представить работу на внешний суд, чтобы убедиться, что они идут по правильному пути. Тут на ум приходят первые спотыкающиеся шаги ребенка, которому еще надо видеть распахнутые объятия взрослого, ждущего, чтобы его поймать, хотя внутри него уже, может, есть способность ходить и способность научиться ходить совершенно. Учительница тогда должна сказать слово одобрения, подбодрить его улыбкой, как делает это мать для своего младенца. Потому что совершенство и уверенность должны развиваться в ребенке из внутренних источников, к которым учитель не имеет отношения.

На самом деле ребенок, стоит ему только почувствовать уверенность в себе, больше не будет после каждого шага искать одобрения авторитета. Он будет повторять свои работы, о которых другим ничего не известно, повинуясь единственно потребности производить и совершенствовать плоды своего труда. Ему интересно закончить свою работу, а не то, чтобы ею восхищались, и как собственность она его тоже не волнует.

Двигающий им благородный инстинкт далек от гордыни или жадности. Многочисленные посетители наших школ должны помнить, как учителя показывали им лучшие работы, не указывая на их автора. Такое кажущееся упущение основывается на знании того, что детям это все равно. В школе любого другого типа учительница чувствовала бы себя виноватой, если, показав прекрасную детскую работу, не представила ее творца. А случись ей забыть это сделать, так она сразу же услышала бы жалостливое: «Это я сделал!»

В любой из наших школ ребенок, выполнивший замечательную работу, возможно, сейчас возится в дальнем углу коридора, занятый чем-то новым, и хочет только того, чтобы его не беспокоили. Это тот период, когда устанавливается дисциплина — форма активного мира, послушания и любви, когда работа совершенствуется и преумножается точно так же, как цветы весной окрашиваются в яркие краски, готовясь к далекому урожаю сладких и питательных плодов.



Список материалов:

  • Речь, произнесенная на открытии "Дома ребенка"

  • Воспитание чувств. Цель воспитания - развивать силы

  • Как давать урок

  • Отрывки из работы "Мой метод"

  • Как стать педагогом-исследователем

  • Логика пользования материалом и порядок упражнений

  • Mneme - особый вид жизненной памяти. О любви к Родине

  • О природе в воспитании

  • Рождение порядка

  • Естественно, когда дети разного возраста живут вместе

  • Стать переводчиком с детского

  • Дисциплина и учитель

  • Три уровня послушания

  • Уникальный текст выступления Марии Монтессори при открытии первого учебного курса на вилле Монтеска (Италия)

  • О научной педагогике, как главном источнике понимания детства



  • Форма обратной связи:
    Ваше имя:*

    Ваш телефон:

    Ваш e-mail:*
    Ваш вопрос или комментарий:*
         
    Создание и поддержка сайта:
    Sitescript
    Яндекс.Метрика
      

    © Elena Hiltunen, Mariamontessori.ru